О некоторых заметных и, может быть, не очень, результатах существования в Санкт-Петербурге Зеленого Дома и почему мне все это кажется важным.

Размышления педагога.

 

Наш опыт показал, что энтузиазм достаточно большой группы людей и тесное, дружеское сотрудничество разных организаций позволяет даже в наше странное время и в той России, в которой мы все нынче живем, реализовать благотворительный проект. Напомню, что старт проекта пришелся как раз на время (август-сентябрь 1998 года), когда многих и очень многих в стране охватила паника от возможных последствий экономического кризиса, разразившегося незадолго до этого. Начинать в такое время изначально благотворительный проект – дело, конечно, не благодарное. В то время как многие «ухватившись зубами» за свое боролись за собственное выживание, группа людей (отметим – не самых богатых) и несколько некоммерческих организаций, объединившись, реализовали проект для других. Это и члены команды «Зеленого дома», все это время работавшие в нем практически на благотворительной основе, это и московская «Зеленая дверца», работа которой явилась вдохновляющим примером для нашей работы, и сотрудники которой очень серьезно помогали в содержательном становлении петербургской работы. Это и Корчаковский центр молодежных программ «Реальный путь», изначально являвшийся мотором всей работы вокруг «Зеленого дома». Это и детский сад и частная школа «Эпишкола» центра «Участие», на базе которых фактически существует «Зеленый дом». Это и Институт раннего вмешательства, сотрудники которого изначально были ядром команды «Зеленого дома». Это и Центр развития некоммерческих организаций, помогавший нам с организацией стажировок и семинаров. Положительный опыт такого сотрудничества различных некоммерческих организаций, тем или иным образом вложивших собственные ресурсы в реализацию этого проекта, очень важен. Поскольку показывает, что даже в самые сложные времена, без всякой поддержки со стороны государства, граждане могут объединиться и реализовать важный для общества проект. Для гражданского общества. Это очень важно – значит, в России может существовать гражданское общество, общественная инициатива без особой заботы о том со стороны государства. В чем последнее время многие государственные чиновники и близкие к ним «аналитики» начинают активно и вслух сомневаться. Можно говорить, что это важный политический результат нашей работы.

 

Время показало, что родители наш проект признали. Это, конечно, очень важный социальный результат. Можно придумать множество проектов, интересных самим их инициаторам и даже спонсорам, но более никому не нужных. «Зеленый дом» оказался востребованным петербургскими семьями. Уже достаточно давно мы перестали давать какую-либо рекламу о проекте в городских газетах, а родители продолжают идти. Узнавая о «Зеленом доме» друг от друга или в дружественных организациях. Приезжая порой с других концов города (а ездить в «Зеленый дом» с малышами не очень удобно, он расположен в районе, удаленном от метро). И что важно – ведь прийти в «Зеленый дом» – это не просто «скинуть» ребенка воспитателям и уйти гулять по магазинам. Это же родителям надо осознанно «потратить» свое время на общение с собственным ребенком. Это не просто. И при этом многие и многие родители преодолевают такие сложности и приходят к нам. Значит такая модель работы с семьей в городе востребована.

 

Еще важно, что эта модель достаточно резко отличается от существующих в городе моделей работы с маленькими детьми и с семьей в целом. Но при этом ни в коем случае не противопоставляет себя другим. Не отрицает все остальные существующие, а скорее дополняет их, находится с ними в диалоге. С точки зрения социальной работы (семейной и дошкольной) в городе, похоже, «Зеленый дом» – одна из недостающих в общей системе моделей. Конечно же, «Зеленый дом» для россиян необычная, непривычная и в некотором смысле парадоксальная модель работы с малышами и их семьями. С одной стороны, она достаточно сложна с точки зрения своего внутреннего содержания, и достаточно закрыта для распространения и последующей реализации. В первую очередь из-за непростого психоаналитического основания, заложенного автором – Франсуазой Дольто. С другой стороны, она достаточно проста с точки зрения внешних правил действий, достаточно технологична для воплощения. Дольто очень четко сформулировала основные идеи, принципы организации «Зеленого дома». И эта четкая сформулированность, может быть, даже несколько гипертрофированная выраженность основных идей и принципов позволяет показать отчетливо, чем отличается «Зеленый дом» от всех остальных моделей. С другой стороны, становится понятно, что «Зеленый дом» дополняет существующие ныне в городе модели работы с детьми до 3-х лет, не отрицая никого. Более того, такая четкая необычность, достаточно резкая очерченность позиций «Зеленого дома» по отношению к родителям и детям по сравнению с иными моделями, рождает желание сравнивать эту модель с другими, соотносить их, задумываться о важнейших основаниях иных моделей, общем и различном между ними. Так вполне естественным образом следствием работы «Зеленого дома» стал семинар, на который собирались педагоги, работающие с детьми до трех лет в разных моделях. Какие могут быть цели у взрослых-педагогов работающих с малышами до 3-х лет (а понимание, что они могут разными – это важный результат работы такого семинара), какие возможны модели педагогической работы с ними, какие из этих моделей более соответствуют тем или иным целям, что у кого получается, что не получается в этой работе… Такие темы обсуждались на этом семинаре, и для его участников он стал достаточно важным моментом в их профессиональном становлении.

 

О модели взаимодействия взрослых, принятой в «Зеленом доме», стоит сказать отдельно. Изначально в команду «Зеленого дома» пришли специалисты достаточно высокого класса. Большинство из них имели свою собственную важную, интересную работу. Вознаграждение, которое получают люди, работая на площадке «Зеленого дома», невелико, особенно по сравнению с тем, получают психолог, врач или педагог, веля индивидуальные консультации. Это значит, что люди приходили работать не ради денег, а ради идеи, ради самосовершенствования, собственного развития, профессионального роста. И это тоже результат. В место, которое профессионально не развивает, специалисты вряд ли придут работать практически бесплатно.

А кроме возможности познакомиться с идеями Дольто и попробовать реализовать их на практике, мне кажется, что в работе принимающим в «Зеленом доме» есть еще несколько профессионально привлекающих (и важных в смысле опыта для педагогического сообщества) моментов.

Сама совместная работа команды, состоящей из специалистов разных профилей, совершенно по разному смотрящих на ребенка и его семью (психолог, врач, педагог) – опыт достаточно уникальный для российской системы образования, да и всей социальной работы в целом. Нельзя сказать, что полипрофессиональный подход к работе с семьей и детьми традиционен для нашей страны со времени запрета педологии в тридцатые годы. И то, что такую работу в рамках проекта удалось реализовать, – очень важный результат. Участие в работе специалистов разных направлений несомненно позволяет сделать работу с семьей и детьми более объемной. Поскольку взгляд профессионалов на ситуацию при ее анализе, да и при собственно поведении в ней, будет не с одной точки зрения, а как минимум с трех.

Очень ярко этот положительный эффект проявился во время интереснейших, очень содержательных и результативных обсуждений, которые происходили по понедельникам, когда собирались все принимающие. На этих встречах коллеги делились собственными впечатлениями, ощущениями от работы на площадке, обсуждали конкретные ситуации, возникавшие во время работы «Зеленого дома», возможные варианты поведения принимающих. И поскольку многие семьи посещали «Зеленый дом» много раз, общались с очень разными принимающими, была возможность, в том числе, отслеживать развитие событий вокруг того или иного ребенка. Эти обсуждения позволяли часто фиксировать реальные положительные изменения, происходившие в отношениях внутри семей, в поведении ребят и родителей… Что собственно, наверное, и является одним из важных показателей эффективности работы «Зеленого дома».

 

О, так называемой, эффективности стоит сказать отдельно. Не имея возможности использовать более-менее традиционные механизмы отслеживания содержательной результативности работы (из-за декларируемой анонимности), сотрудники программы фактически разработали несколько вариантов косвенных показателей результативности своей работы. Также мощным механизмом отслеживания качества работы стали эти самые обсуждения. Опять же, мягко говоря, не очень часто используемый в системе образования механизм анализа деятельности и качественных ее результатов. Достаточно традиционный, скажем, для психологической или терапевтической практики, этот способ фактически оказался применимым и в педагогической практике.

 

И что еще важно – участие в таком обсуждении (и вообще в работе «Зеленого дома») становится чрезвычайно полезным для самих принимающих. Специалисты разных профессий, в частности, имеют возможность на практике (а не из книг) убедиться – насколько у них могут быть различными взгляды на ребенка и как важно научиться их совмещать и в теории и на практике. Для того, чтобы включиться в реализацию этой модели специалисту необходимо полностью переструктурировать собственные представления о работе с родителями и детьми. Это касается и психологов, и врачей, и уж точно – педагогов, привыкших не очень спрашивая на то разрешения у взрослых, и тем более, детей, начинать их учить вещам, которые педагог считаем важными. Здесь же надо учиться наблюдать, помогать ребенку, да и взрослому, формулировать свои желания, реагировать на сиюминутное поведение (а не организовывать заранее спланированное), собственным словом и поведением поддерживать принципы этого места. Задачки не из легких. И участие в работе «Зеленого дома» и в тех обсуждениях, что случаются по понедельникам, позволяет учиться по-другому, совершенно по иному, чем это принято в педагогике, видеть ребенка. И такие изменения, происходящие в принимающих – активных участниках работы, такой профессиональный рост – также являются важнейшим результатом работы проекта. Фактически можно говорить о «Зеленом доме» как самобытном месте повышения квалификации, в частности, педагогов.

 

С педагогической точки зрения я считаю важным отметить также еще два принципиально важных момента. Важных, по крайней мере, для меня. Во-первых, – это сама идея. Идея о том, что можно уважать ребенка даже до трех лет. Уважать его мнение, его право самостоятельно действовать, самостоятельно исследовать этот мир, на равных общаться со взрослыми. Мне представляется, что идея свободы и самостоятельности ребенка (да и взрослого тоже), уважения его прав не очень популярна в России. Очень уж многое решается и за взрослых, и, тем более, за детей. А, тем более, что уж там говорить о малышах до трех лет: «Они же даже говорить еще не могут – что уж там их спрашивать их мнение. Ведь взрослые за них все гораздо лучше знают!» Здесь же идея уважения малыша сформулирована даже, может быть, слишком резко для России.. И это очень важно. Не так много у нас сейчас в системе образования (и шире – работы с детьми) проектов, настолько выпукло, выражено, четко формулирующих свою основную идею уважения к ребенку, к его возрасту, росту, мнению, свободе. (Кстати, именно поэтому идея и практика «Зеленых домов» распространяется в России по сети обществ Януша Корчака, провозгласившего не в самое спокойное время идею уважения ребенка одной из основных для взрослых, работающих и просто общающихся с детьми.)

Во-вторых, считаю очень важным то, что «Зеленый дом» – это не просто благостная идея. «Зеленый дом» – это конкретная модель, технология, показывающая как можно создать условия, в которых и дети, и взрослые будут чувствовать себя достаточно свободными, независимыми, и при этом уважительно взаимодействующими с другими людьми. Именно такая среда и позволяет воспитывать в детишках с малолетства самоуважение и умение жить совместно с другими людьми. Наличие небольшого количества достаточно простых, но неукоснительно соблюдаемых правил общего поведения (кстати, обязательных и для детей, и для взрослых), специально организованной удобной и развивающей материальной среды, возможности быть достаточно свободными в своем поведении, внимательных, принимающих, ПРИНИМАЮЩИХ тебя таким, какой ты есть – все это и создает особую среду «Зеленого дома». И в этом смысле, «Зеленый дом» – место не только психологическое, терапевтическое, психоаналитическое, но и, может быть, в первую очередь педагогическое. Но не в смысле педагогики заучивания, а в смысле педагогики развития, педагогики среды, в которой ребенок вместе с внимательными, уважающими его взрослыми живет, взаимодействует с окружающей средой и, тем самым, развивается, и, в том числе, обучается необходимым в этой жизни навыкам.

Можно, наверное, говорить о «Зеленом доме» как об одной из немногих работающих в российской педагогике моделей, создающих новую для нашего мышления практику воспитания подрастающего поколения в свободе, самостоятельности, уважении.

 

Михаил Эпштейн,

2002 год